О зарянке, Шекспире, чае и плохой журналистике

Намедни смотрел выпуск передачи «Искусственный отбор» от 13 марта 2018 года. В нём, в числе прочего, рассказывали о картине «Офелия» английского живописца Джона Эверетта Милле.

В процессе разбора деталей полотна, авторы передачи говорят: «Присутствует на картине и дрозд, упоминаемый Шекспиром». Под эти строки на экране крупным планом показывают, изображенную художником зарянку.

Напомню, что в основе «Офелии» лежит сюжет из Шекспировского «Гамлета». И никаких противоречий между живописью и литературой нет, ведь героиня пьесы поёт: «Веселый мой Робин мне всех милей». А робин — это и есть зарянка (англ. european robin). Никаких упоминаний дроздов в тексте «Гамлета» мне найти не удалось.

Люди, создающие сюжеты об искусстве не обязаны знать всё на свете. Но профессионализм от халтуры тем и отличается, что ответственный автор, коснувшись в работе незнакомой темы, не успокоится пока не убедится в достоверности своих слов. Увы, профессионализмом большинство отечественных журналистов не страдают и не успел я задумать этот пост, как в «Югополисе» написали о самом северном в мире краснодарском чае. Да, вот только уже несколько лет как краснодарский чай не самый северный. С недавних пор чай выращивают в Великобритании. И даже в России есть чай севернее — в Адыгее, что не мешает журналистам «Аргументов и фактов Адыгея» совершать ту же ошибку и называть свой чай также самым северным в мире.

Так и живём.

П. С. К слову, я в посте привёл цитату из «Гамлета» — строчку из считающегося эталонным перевода Михаила Лозинского (если верить Википедии). Для меня остаётся загадкой почему профессиональный переводчик не написал название птицы по-русски, а использовал кальку с английского.

Пост опубликован 6 марта 2020 года в 14:31

#ворчу #подмечаю